07 января 2005
3966

Леонид СУМАРОКОВ: Встречи с интересными людьми. Роберт Максвелл.

Первоначальный вариант этого очерка был опубликован несколько лет тому назад в небольшой русскоязычной газете `Российский Курьер`, издающейся и распространяемой в Венгрии и Австрии. Автор получил 2-3 отзыва на него, и все же, по его мнению, материал, представляющий определенную пищу для размышлений, остался почти не замеченным. Недавно исполнилось десять лет со дня таинственной гибели главного героя очерка Роберта Максвелла. Яркая, незаурядная личность, новатор, интересный собеседник, крупнейший в мире информационный магнат, он внимательно следил и активно участвовал в событиях, связанных с нашей страной и ее информационными ресурсами, придавая им большое значение. В прошлом, во время Второй мировой войны, он был офицером британской армии, потом организовал свой бизнес в абсолютно новой тогда для многих области и безусловно являлся неординарным человеком. Роберт мог бы жить вместе с нами в этом мире и сегодня, и если бы это произошло, структура и собственники нынешних СМИ в России вполне возможно выглядели бы несколько по другому. Ему, участнику второй мировой войны, довелось в свое время выжить, уйти из жизни гораздо позже и по другому. Почему-то думаю, почти уверен, что не случайно. Вполне возможно в результате набиравших тогда силу информационных войн.


С известным создателем и руководителем раскинувшейся по всему миру огромной личной информационной империи, миллиардером (кто-то говорит, только мультимиллионером) Робертом Максвеллом, я встречался всего лишь несколько раз и не могу сказать, что достаточно хорошо его знал. И все же, несмотря на сказанное, каким-то образом в чем-то наши интересы оказались странным образом переплетены. Верно, впрочем, что у нас были не только в чем-то общие интересы, но и общие знакомые. Один из них, Феликс Свиридов - ответственный работник международной организации WIPO в Швейцарии (организация Объединенных Наций в области интеллектуальной собственности), а позднее заместитель директора ВИНИТИ (Всесоюзный институт научной и технической информации) и какое-то время сотрудник в моем институте (МЦ НТИ - Международный центр научной и технической информации, Москва), который довольно хорошо знал Максвелла, на определенном этапе содействовал нашим контактам. Потом связь с Феликсом прервалась, но вот ближе к середине 90-х мне вдруг вновь довелось увидеть его в фильме (кажется, `Der Mann auser dem Bord - Человек за бортом`), посвященном Максвеллу, где он вместе (вот так штука!) с самим В.А.Крючковым давал комментарии по ходу действия, но об этом еще чуть позже.

Помню именно через Свиридова, позднее представителя компании Максвелла в Москве, я в свое время впервые вышел на контакты и познакомился с Максвеллом. Тогда я, недавно избранный директор МЦ НТИ, куда входили в основном страны бывшего СЭВ, приехал в Женеву с докладом на научную конференцию по передаче информации и телекоммуникации. Было это в середине 70-х, а Максвелл часто бывал в Швейцарии, работая со своим близким знакомым и коллегой д-ром Богшем - директором WIPO над перспективными и очень важными проблемами, которые нашу страну тогда, казалось, занимали не так уж сильно. Доклад мой в огромной аудитории, помнится, прошел довольно дурно. Не стану скрывать, наверное прежде всего из-за его автора, но во многом и из-за нашего отставания в компьютерной и телекоммуникационной технике (в фойе конференц-зала уже демонстрировались удаленные поиски в базах данных, а у нас в стране, несмотря на огромные распределенные информационные ресурсы, ничего подобного еще не было, и показывать было нечего). Вернувшись в Москву, я постарался насколько возможно активизировать работу своего института в этом направлении (что потом, кстати, в конечном итоге принесло свои плоды, но не об этом сейчас речь). А тогда познакомся и установил связи с Богшем. Через него в конце концов и состоялся первый контакт с Робертом Максвеллом. Потом были и другие, в основном эпизодические контакты. Но об одном из них, более серьезном и для меня памятном, хочется рассказать.

Конец 80-х. Сижу у компьютера в своем кабинете заместителя Председателя Госкомитета по науке и технологиям по улице Горького 11, что рядом с Моссоветом. Редкий случай - в кабинете один. Над чем-то работаю. Неожиданно дверь отворяется в кабинет буквально врывается Роберт. Он, грузный, возбужденный и стремительный, чем-то похож на мощного бизона (таким он выглядит и в упомянутом выше фильме, вроде бы грузный, но легко несется в рубашке с развивающимся галстуком по какому-то спортивному полю). В руках газета, которой он потрясает. Громко произносит, почти кричит: -Леонид! Вот, начал издавать новую газету `Europeans`. Кладет ее мне на стол, быстро комментирует, предлагает встретиться специально (есть, мол, и другие темы для обсуждения). А пока, спешит к моему начальнику - заместителю Председателя Совета Министров СССР, Борису Леонтьевичу Толстых, который сидит в соседнем кабинете. Через несколько минут звонит и сам начальник, просит зайти. Вместе рассматриваем газету (отдадим должное Максвеллу, он уже тогда, активно работал на будущее единой Европы в столь важной информационной сфере).

Потом, когда остаемся одни, Толстых внимательно просматривает экономическую рубрику. Задумчиво говорит: -нам бы тоже надо издавать такую газету может быть даже в масштабах всего СЭВ (в сфере моей деятельности в Госкомитете, среди других, и информационные вопросы - я курирую информационную инфраструктуру в стране по линии ГКНТ СССР). Да, наверное, сейчас не потянем... Спрашивает, какие у тебя другие-то дела с Максвеллом? Он на тебя ссылался. Только что он встречался с Горбачевым, Яковлевым и Павловым, приехал сюда чуть ли не прямо от них. Я рассказываю. Максвелл хочет создать на базе нашего института ВИНИТИ совместное с ним предприятие и организовать перевод рефератов всех или по крайней мере наиболее значимых статей с русского на английский для распространения на коммерческой основе на Западе. Еще хочет (и это на первом этапе было главной задачей) организовать совместный банк данных по так называемой фактографической информации в области химии. Что и говорить, идеи чрезвычайно интересные и привлекательные. И все же очевидно, что проект достаточно масштабный, затрагивающий многих людей и требующий значительных ресурсов, готов ли Максвелл инвестировать в этот проект? Видимо, да, но в какой мере и детали пока не очень ясны. Решение по такому проекту нельзя принимать с наскоку.

Когда я впервые узнал об этих возможностях, посчитал необходимым ознакомиться поглубже. Помню, приглашаю тогдашнего директора ВИНИТИ профессора Петра Нестерова, спрашиваю о результатах предварительной проработки по принципам системы и программе работ. По программе ничего не сообщает, то ли ее нет, то ли не хотят допускать лишних людей в частный, как они считают, бизнес. Пытаюсь выяснить его личное мнение и состояние работ. Впрочем, прямо скажу, многого от него не жду, и понимаю почему. Формально Нестерова знаю давно, учились в одном институте - МИФИ, на нынешнем факультете кибернетики, хотя и на разных курсах. Был даже такой грех, помогал ему перейти с директорства в Госстандарте в ВИНИТИ. Думал, его системная подготовка принесет институту пользу. Уже через короткое время понял, что ошибся. Не хотелось бы ошибаться во второй раз на том же месте. Боюсь, что партнер он будет Максвеллу неважный (про себя думаю: провалится он с Петей; как бог свят, провалится, дело загубит и людей подведет). Впрочем, сама система по химии, налаженная в ВИНИТИ (на нее задействованы большие интеллектуальные ресурсы) была в то время (не знаю, как сейчас) - одной из ведущих, конкуренция в мире шла не на шутку и советское участие совместно с кем-то из зарубежных партнеров могло существенно повлиять, на какую сторону склонится чаша весов. Ну а мы при этом, как уже отмечалось, существенно отставали в области применения компьютеров и у нас, безусловно, был свой интерес. Основной конкурент Максвелла - американская система CAS (Chemical Abstracts Service) быстро движется вперед. Максвелл тоже, чувствуется, времени терять не хочет. Он предлагает мне войти в правление совместного предприятия, а сам уже во всю работает с Нестеровым, идут интенсивные переговоры. Я высказываю мнение, что на Нестерова надежды плохи - завалит. Предлагаю, в силу занятости казавшейся мне тогда важной основной работой, вместо себя одного из своих коллег в правление и рекомендую вернуться к обсуждению чуть позже. А пока четче отработать принципы, детали системы, говорю, что готов еще раз проработать кадровые вопросы.

Вскоре идея Максвелла доходит до тогдашнего Президента Академии наук СССР Г.И.Марчука. Гурий Иванович меня давно и хорошо знает по совместной работе, приглашает посоветоваться. Приезжаю в Академию, сообщаю свою точку зрения. Считаю, что надо получше изучить ситуацию и возможности, прежде чем принимать конкретную схему сотрудничества. Есть ряд вопросов и предложений, о которых информирую Президента. Предлагаю подключить к делу вице-президента Академии, академика В.А.Коптюга, видного химика, руководителя Сибирского отделения АН СССР, кстати, хорошо знакомого с информационными проблемами. Марчук соглашается, и вместе с Валентином Афанасьевичем вскоре мы едем в США, где посещаем штаб-квартиру CAS и, имея в виду набраться опыта, знакомимся с организацией и технологией работ. Вырабатываем совместную позицию и, возвратившись в Москву, готовимся к решающему обсуждению.

А тем временем работа с Нестеровым у Максвелла казалось бы продолжается. Максвелл действует напористо, стремительно, но по-моему не совсем осмотрительно. ВИНИТИ для обеспечения работ вскоре получает партию персональных компьютеров, и директор (никого не ставя в известность)... запирает их в помещениях секретного `первого` отдела, а сами помещения опечатывает. Основание: чтоб не украли; компьютерное воровство по стране идет страшное, компьютеры все еще редкая и дорогая вещь. Так продолжается несколько месяцев. Саботаж - не саботаж, а работа не движется. Но обо всем этом становится известно лишь позднее и почему-то прежде в Англии, а уж потом - у нас. Нестерова приглашают для объяснения в Лондон. Могу лишь предположить, какой там состоялся разговор, но возвратившись, он ложится в академическую больницу. Говорят, проблемы с сердцем.

Дело `завязло`. Не знаю, чье тут нужно было вмешательство в этой ситуации и помогло бы мое, но меня как раз в это время избирают на новую должность. Я уезжаю в Австрию на работу в ЮНИДО - международную организацию по промышленному развитию. Перед отъездом передаю для Максвелла информацию, что, если сохранился его интерес, следует действовать, непосредственно через Академию, а точнее - через академика Коптюга. Он теперь подготовлен, в курсе дела, стал Вашим союзником и готов помогать. К тому же по линии Академии именно он курирует и контролирует финансирование злополучного ВИНИТИ. А тут речь идет о новом тогда подходе - частной системе, но по крайней мере с долевым государственным участием с нашей стороны и, разумеется, возникает много юридических, финансовых и организационных вопросов, требующих вмешательства на высоком уровне. Впрочем, чувствую, что время упущено, допускаю и заранее понимаю раздражение Максвелла. Да, ошибок с обеих сторон наворотили... Ругаю в чем-то и себя: формально делал все правильно, да боюсь, где-то перемудрил. Надо ли было самому `светиться` на встречах с его конкурентами? Это могло подлить масла в огонь...

Работаю в ЮНИДО, проходит год-полтора. 1992-й год. Ситуация в стране резко меняется. Начинаю соображать: вот где нужна была бы помощь и консультации Максвелла! В наивной голове зреют мысли: после Второй мировой войны в Европе был план Маршала. У Максвелла фамилия тоже начинается на `М`. Даешь `План М`!, о чем пишу Роберту в Лондон и информирую Москву. Через его помощника Огняна Дойнова быстро получаю приглашение и еду в Англию. (С Дойновым, бывшим членом Политбюро в Болгарии, курировавшим вопросы научно-технического прогресса, а ныне советником Максвелла по международным контактам доводилось контактировать и раньше). Со мной записка - на нескольких страничках, отражающих мое видение ситуации. Повторюсь, - наивный человек. Неужели у меня одного были в голове подобные мысли? Наверное, он (Максвелл) все уже и сам давно просчитал. Прикинул свои возможности. Письмо мое, может, и не читал. Да и другая имеющаяся у меня информация - фотография, которую мне в свое время показывал упомянутый выше Свиридов, где рядом стояли Максвелл, Горбачев и Яковлев, а поодаль, вытянувшись, чуть ни по стойке `смирно`, наш бывший премьер В.Павлов, сомнений в понимании истинного `калибра` и возможностей Максвелла не оставляла. Значит он уже `задействован`...

Вечером в отсутствие Максвелла (он был в отъезде) знавшие меня его советники устроили в Лондоне прекрасный прием, сперва на Флитстрит, а потом в плавучем ресторане на Темзе. Но утром неожиданно все повернулось на 180 градусов. Выпроводили обратно в Вену (даже машины доехать до аэропорта не предложили). Видно, возвратившийся в Лондон Роберт Максвелл припомнил мне грехи, связанные с несостоявшимся гешефтом с ВИНИТИ, поездкой в США для контактов с его конкурентами в CAS и отказался от дальнейших контактов.

Через несколько месяцев Максвелл трагически погиб при загадочных обстоятельствах, оказавшись как-то вечером по непонятной причине один на своей фешенебельной яхте в открытом океане. А вскоре возник громкий судебный процесс, связанный с его именем, в особенности в связи с исчезновением огромных активов некоего пенсионного фонда, связанного с деятельностью Максвелла. Со смертью Максвелла, оказалось, что спрашивать не с кого. Где соответствующие деньги, и известно ли кому-нибудь, кроме господа бога, об их судьбе не понятно. Версия о насильственной гибели мультимиллионера, несмотря на многие фигурировавшие в прессе вопросы и факты, так и осталась не подтвержденной (думаю, что одна из возможных причин в том, что иначе страховым компаниям пришлось бы выплачивать семье бешеные суммы). Вынашиваемый мной план `М` рухнул, так и не получив комментариев Роберта... Мне это оказалось просто `не по зубам`, как говорится, не по Сеньке шапка.

А жизнь со всеми ее неожиданными причудами тем временем продолжалась и распорядилась так, что вскоре в Вене и Лондоне были мои встречи и совместная работа с детьми Максвелла Иеном и Кевином, способными и энергичными (в отца) молодыми финансистами и экономистами. Я тогда работал в Фонде Приватизации и содействия инвестициям у Щербакова, и по роду деятельности контактировал с известным предпринимателем из России Лучанским. После смерти Роберта и громкого процесса у членов семьи Максвелла были проблемы. Впрочем, все в конце концов для них обошлось благополучно. Что касается наших тогдашних взаимоотношений, речь шла о возможном совместном участии в проектах в основном на территории СНГ. Ребята были симпатичные, динамичные и очень знающие. Я сочувствовал их потере, они это видели, знали о моих контактах с Робертом, знали и о том, что он в одном из своих издательств выпустил книгу с трудами Суслова (моего тестя), и наши отношения были хорошими и в рабочем, и в человеческом плане. Лучанский на встречах удовлетворенно кивал, время от времени, обращаясь к `своим`, говорил - вот он, настоящий, цивилизованный бизнес! Я же, имея определенный опыт работы с проектами по линии ЮНИДО (в свое время курировал вопросы реализации около двух тысяч проектов в год), тоже чему-то учился и как мог, помогал своими скромными советами и контактами. О ВИНИТИ вспомнили раз лишь вскользь, как о досадном недоразумении.

Сейчас уже давно в совместных проектах никак не участвую. Не сохранилось практически и никаких отношений. Насколько знаю, их, как и отца, по-прежнему интересует Россия, и дела у них идут хорошо. Не так давно получил при содействии Иена подготовленный при его поддержке справочник деловой элиты Москвы. Что касается вопроса о том, нашлись ли деньги, фигурировавшие в пенсионных фондах Роберта, сведений не имею. Тогда факт их бесследной пропажи казался невероятным и диким. Сегодня, после подобных пропаж в России, вижу, что для столь крупных сумм это отнюдь не единственное подобное дело. Пропали бесследно и пока тишина. -А тишину, как сказал один известный предприниматель из `новых русских`: -большие деньги любят ... Впрочем, возможно, где-то потом всплывут. Вот и опытный Крючков в упомянутом выше фильме в заключение почему-то вдруг бросил такую фразу: -мне думается, что дело с Максвеллом, о котором идет речь в кинофильме `Der Mann auser dem Bord`, еще не закончено... Наверное, ошибся. Человек он, безусловно с тонкой интуицией, я к его мнению относился всегда с большим уважением, по-моему, очень симпатичный, но теперь уже довольно пожилой. А вот с ВИНИТИ дело закончилось. Так и провалилось. Академик Валентин Афанасьевич Коптюг, как и Роберт Максвелл, к сожалению, тоже безвременно ушел из жизни. Так что применительно к нынешней ситуации, может, все оно сложилось и к лучшему?

Леонид СУМАРОКОВ

Подумать, можно ли это использовать?
Где-то в своих старых записях я уже что-то писал об этих контактах. Были и другие общие знакомые, мои друзья в Болгарии и кое-кто в СССР. Но об этом, может быть, в другой раз.

viperson.ru http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован