О выступлениях представителей ЦВПИ в собрании Академии военных наук России

2 марта в Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации состоялась военно-научная конференция, организованная в рамках ежегодного отчетного собрания Академии военных наук и посвященная развитию военной стратегии в современных условиях. С докладом об основных направлениях развития военной стратегии выступил начальник Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации – первый заместитель Министра обороны России генерал армии Валерий Герасимов. Участники конференции обсудили характер будущих войн, вооруженных конфликтов и наиболее актуальные проблемы в сфере обороны и контроля над вооружениями.

В работе конференции приняли участие руководящий состав Министерства обороны России, члены Академии военных наук, а также ведущие ученые вузов и научно-исследовательских организаций страны.

С докладами на конференции вступили директор ЦВПИ, профессор  А.И. Подберезкин (тема выступления: «Значение системы ВКС в условиях обострения военно-политической обстановки в мире») и ведущий эксперт ЦВПИ, член-корреспондент РАВН и РАЕН В.П. Козин (на тему: «Особенности негативного отношения США к договорам в области контроля над вооружениями и перспективная реакция России с точки зрения укрепления ее национальной безопасности и стратегической стабильности»).

Краткие тезисы выступления В.П. Козина на мероприятии публикуются ниже.

Центр военно-политических исследований

В.П.Козин, член-корреспондент РАВН и РАЕН ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО МИД России

Выступление на годовом Собрании Академии военных наук России 2 марта 2019 года

 

ОСОБЕННОСТИ НЕГАТИВНОГО ОТНОШЕНИЯ США К ДОГОВОРАМ В ОБЛАСТИ КОНТРОЛЯ НАД ВООРУЖЕНИЯМИ

И ПЕРСПЕКТИВНАЯ РЕАКЦИЯ РОССИИ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ УКРЕПЛЕНИЯ ЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И СТРАТЕГИЧЕСКОЙ СТАБИЛЬНОСТИ

 

Начиная с 1996 года, то есть после отказа США ратифицировать Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, практически все последующие американские президенты вплоть до нынешнего, неизменно проводили и до сих пор проводят линию, направленную на слом системы договоров в сфере контроля над вооружениями (КНВ). С целью прикрытия такого долговременного курса США предъявляют необоснованные претензии к российской стороне, обвиняя ее в «нарушении» пяти договоров в этой области (это Договор СНВ-3, ДРСМД, ДОВСЕ, ДОН и Венский документ 2011 года о мерах доверия).

У России же имеется гораздо больше претензий к Вашингтону на данном направлении. Они конкретны и обоснованы, поскольку США демонстрируют негативное отношение к 12 договорным актам в этой сфере в виде их нарушений, односторонних денонсаций, отказа от ратификации или вообще уклоняются от их обсуждения.

Хотелось бы обратить ваше внимание на один недостаточно используемый фактор, связанный с ДРСМД, а именно количество его нарушений американской стороной. Да, российские официальные представители говорят о подобных «несоблюдениях», называя три их проявления, но весьма редко обозначают общее количество таких нарушений.

Итак, сколько же накоплено нарушений американскими визави? В общей сложности за последние 18 лет, то есть, начиная с 2001 года, когда Вашингтон объявил о готовности выйти из Договора по ПРО, Соединенные Штаты 96 раз нарушили ДРСМД. Это происходило и происходит при проверке эффективности их глобальной системы ПРО, когда Пентагон использует в качестве реальных ракет-мишеней ракеты средней и меньшей дальности, запрещенные названным договором. Основным источником таких сведений является Управление по ПРО Пентагона (УПРО).

В данном контексте учитывается недавнее испытание, проведенное ВМС США 11 декабря прошлого года, когда средствами ПРО ими была успешно перехвачена ракета средней дальности. На слайде в порядке примера помещен скриншот пресс-релиза УПРО об этом испытании.

Но если считать не количество испытаний, а количество использованных ракет, что гораздо важнее то за последние 20 лет суммарное нарушение американской стороной ДРСМД в этом случае составит 117 раз. Дело в том, что в ряде испытаний перехватывались групповые ракетные цели, включавшие две и даже пять ракет средней и меньшей дальности. Помимо УПРО имеется и второй источник такой информации. На слайде показан справочный материал Исследовательской службы Конгресса США, где на 31 странице из 80 излагаются особенности испытаний системы ПРО с использованием ракет средней и меньшей дальности в качестве ракет-мишеней.

Выступая 22 марта 2018 года в Конгрессе, начальник Управления по ПРО генерал-лейтенант Сэмуэл Гривс объявил, что в текущем году США проведут еще 12 подобных испытаний с применением и ракет-перехватчиков, и ракет-мишеней. Стало быть, нарушения ДРСМД американской стороной будут продолжены.

Есть некоторые особенности при изложении позиции США в области КНВ. В российских публикациях обращается недостаточное внимание на нарушение Вашингтоном первой статьи ДНЯО, которая запрещает ядерным государствам размещать ядерное оружие на территории неядерных стран. Представляется неправомерным применение термина «нестратегическое ядерное оружие» к ТЯО США, поскольку этот термин говорит о том, что этот вид оружия, мол, не может решать стратегические задачи. Но на самом деле может, если он будет доставлен ТБ «В-2А» и новым ТБ «В-21 Рейдер». Кстати, Госдепартамент и Пентагон относят к стратегическим ядерным вооружениям три вида тактических авиабомб семейства «В-61»: их 7, 11 и 12 модификации.

Российские эксперты, связанные с западными исследовательскими  центрами, считают, что Вашингтон верен принципам ДВЗЯИ, о чем, якобы, свидетельствует новая ядерная стратегия Трампа. Но это – заведомо искаженная точка зрения, поскольку на стр.63 этой стратегии исключается возможность ратификации этого договора и обозначена вероятность возобновления подземных ядерных испытаний на полигоне в штате Невада.

Складывается твердое убеждение, что долговременная американская линия, направленная на подрыв системы КНВ, будет продолжена и в последующие годы. Как справедливо отметил 27 февраля этого года министр обороны России, генерал армии С.К. Шойгу, подобная линия будет дополняться стремлением США изменить в свою пользу и режим контроля над обычными вооружениями в Европе.

На слайде показан график создания в США первых образцов принципиально новой стратегической ядерной триады, которая будет действовать с 2025 года до 2095 года. Антироссийски настроенные российские эксперты распространяют ложное мнение, что США не намерены создавать ее, а лишь занимаются ее модернизацией. Но это не соответствует действительности, поскольку у СЯС США появятся принципиально новые и более усовершенствованные средства доставки ядерных боезарядов. Российское военно-политическое руководство признает факт создания новой стратегической ядерной триады американскими контрагентами.

Все это создаёт качественно новую военную опасность, которую Россия обязана учитывать в своей политике по укреплению обороноспособности страны, развитию российских Вооружённых Сил, а также в проведении внешнеполитического курса в целом.

Такая опасность проявляется в резком нарушении Вашингтоном баланса между наступательными и оборонительными вооружениями, а также в стимулировании им двух новых видов гонки вооружений: противоракетных и ударных космических. Подобная опасность усиливается повышением вероятности применения США ядерного оружия, в том числе боезарядов малой мощности от 5 кт и ниже. Вашингтон не взял на себя твердое письменное обязательство не размещать новые ядерные КРНБ и иные ракеты в Европе. Ядерная стратегия Трампа предусматривает 14 случаев применения ядерного оружия против шести, обозначенных в ядерной стратегии Обамы. Все эти случаи изложены в Приложении.

США по-прежнему сохранят в будущем за собой право применения ядерного оружия в первом ударе, причем, такую исключительную прерогативу в США имеет только один человек – президент. Американское военно-политическое руководство подтверждает приверженность стратегии «расширенного ядерного сдерживания» и политике размещения ядерного оружия в качестве потенциала «передового базирования». Оно продолжит выполнять соглашения со своими союзниками по НАТО о проведении «совместных ядерных миссий», сохранит повышенную степень боеготовности своих СНВ и ТЯО.

В свете сказанного вытекают следующие практические предложения

1. Следует блокировать попытки США и НАТО навязывать Российской Федерации селективный, то есть выборочный метод разработки договоров по КНВ, когда сокращается какой-то один вид вооружений, но в то же время наш вероятный противник наращивает другой их вид.

2. Контрпродуктивным представляется объявление нами заинтересованности в продлении срока действия Договора СНВ-3 на последующие пять лет (до 2026 года) в условиях, когда Вашингтон не проявляет готовность к этому, когда он не будет ограничивать глобальную систему ПРО, разорвет ДРСМД в августе текущего года, сохранит свое ТЯО в Европе и Азии, а также не будет решать проблему предотвращения размещения оружия в космосе. Есть и еще одна проблема в данной сфере. Если Россия до 2026 года оставит лимиты по ядерным боезарядам и носителям СНВ, соответственно, до 1550 и до 800 единиц, то не придется ли ей с учетом появления новых видов СНВ преждевременно сокращать существующие, либо сдерживать поступление новых видов СНВ?  Это – принципиально важный вопрос.

3. Необходимо переходить с США с виртуальных на реальные зачеты боезарядов СНВ, отходя от практики прошлого «один стратегический ТБ – это один ядерный боезаряд».

4. Важно постоянно требовать полного вывода наземных элементов инфраструктуры ПРО и ТЯО США из Европы и Азии.

5. Целесообразно активно побуждать США отменить ракетно-ядерную стратегию нанесения первого ядерного удара.

6. Надлежит остро и последовательно ставить перед США и НАТО вопрос о полном прекращении круглосуточной и круглогодичной операции альянса «Балтийское воздушное патрулирование» в воздушном пространстве трех государств Балтии, в которой задействованы истребители-бомбардировщики «двойного назначения» трех ядерных держав Запада.

7. В условиях отсутствия доверия между Россией и странами НАТО можно было бы рассмотреть вопрос о введении нами моратория на соблюдение ДОН.

8. В последнее время в официальных и академических кругах НАТО появились высказывания о необходимости разработки новых механизмов КНВ с учетом активного развития кибертехнологий и гиперзвукового оружия. Не следует торопиться позитивно отвечать на такие призывы.

9. Представляется целесообразным давать отпор российским и зарубежным экспертам, которые камуфлируют явные нарушения США и НАТО международных договоров в области КНВ и целенаправленно искажают российскую позицию по данной проблематике.

10. Было бы весьма полезно чаще использовать на официальных и неофициальных площадках цифровые показатели, которые наглядно характеризуют военную политику США и НАТО Подобные цифры подчас действуют сильнее на западную аудиторию, чем многочасовые выступления. Если бы мировое сообщество хорошо знало такие показатели, то необоснованную критику российской военной и внешней политики со стороны США и стран НАТО можно было бы снизить.

В Российской Федерации уже давно ведется широкая кампания по противодействию фальсификации истории, что является логичным и правильным шагом. Но Россия должна одновременно, не ослабевая усилий на этом направлении, активно противодействовать и фальсификации современности, в том числе в такой ее важной составляющей, как контроль над вооружениями.

Эта область давно стала специфической площадкой информационной войны Запада против России. И поэтому ей надо уделять повышенное внимание.

 

 

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован